Свободный Охотник отдыхает, расположившись в отдельной ячейке. Верный «Универсал-Плюс» дремлет в одном из ангаров на внешней поверхности. Капитанский кокон больше не мешает молодому телу двигаться, а тесную боевую маску уже сменил головной платок с плотной вуалью. Хорошо…

Дружеская беседа легка и спокойна.

— Ты говоришь о том самом тварёнке, который раньше работал на меня? — уточняет хозяин сферобара.

— Его звали Ласковый.

— Мне все равно, как его звали. Хороший был контрабандист, рисковый, но ты перекупил.

— Он сам решил сменить направление деятельности, — возражает гость. — Почуял перспективу, увидел настоящую силу.

— Я помню. Сначала ты отбил эту тварь у их же собственного охранного отряда, а потом у наших, уже здесь. Хотя, наши тебе его добровольно отдали, в знак уважения. Хороший ты парень, трудно тебя не зауважать… (Владелец сферобара улыбается.) Значит, его все-таки прикончили?

— Разложили по спектру. Был корпускулой, стал волной.

— Зато ты, слава Системам, пока что материален. Большая радость твоей Хозяюшке.

— Еще бы. И Системам слава, и Началу Их, и спесивым рабам Их. В общем, всем спасибо за старание.

— Не кощунствуй! (Теперь собеседник укоризненно морщится.) Поживешь с мое, почувствуешь силу Священной Восьмерки… И все-таки я не понимаю, как тебе удается уходить в таких ситуациях? Ты поистине Неуловимый. Мои парни в один голос твердят, что ты колдун, служишь Носителю Гнева. Что скажешь?

Свободный Охотник не улыбается в ответ. Отворачивается:

— Ласковый был мне другом.

— Сочувствую вам обоим… Какой-то ты выжатый, грустно с тобой общаться.

— Устал.

— Бывает. Пей, это хороший сок, чистейшая полибензокриптаза.

— Пью.

— Давно хотел задать тебе вопрос, малыш. Как ты обнаруживаешь технические Входы? Раскрой тайну, а то парням невозможно стало работать, звероиды совсем обнаглели.